Главная
Новости
Фотоальбом
Форум
Гостевая
Карта сайта
Главная » Общество православных педагогов » Журнал «Просветитель» » «Просветитель» №3. Духовная культура и образование. »

27.07.2017 | В Екатеринбургском духовно-просветительском «Царский» состоялось заседание Совета общественно-государственного движения «Попечительство о народной трезвости».

17.07.2017 | Подводим итоги, намечаем перспективы

14.07.2017 | Царские Дни (16 июля 2017)

29.06.2017 | Руководитель отдела по утверждению трезвости протоиерей Игорь Бачинин побывал в палаточном лагере следопытов «Княжества»

- -

- -
Общество православных педагогов

- -  

Об ограничениях, отрицать значение которых бессмысленно

Б.Н. Алмазов

От редакции: Человеческая деятельность раскрывается как целостная система отношении, и поэтому всякое действие может оцениваться не только с точки зрения на поверхности лежащей экономической по­лезности, но и с точки зрения экологических последствий, эстетического результата, нравственности, наконец, духовного смысла. Последнее особенно значимо, когда дело касается сказанного публично слова. Человек вообще существо словесное. Пронзительны первые строки Евангелия от Иоанна: «В начале было Слово.... Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть» (Ин. 1,1-3).

Продолжая дискуссию о значении языка для судеб культуры, образования, а значит и будущих поко­лений россиян, редакция предлагает читателю материалы профессора Б.Н. Алмазова о неприемлемости поверхностного рассмотрения в периодической печати серьезных общественных проблем, на примере га­зетных публикаций о сексуальном насилии над детьми. Агрессивность, склонность к насилию коренятся глубоко в природе человека, деформированной грехом. Нам необходимо найти или возродить существо­вавшие способы укрощения этих выпущенных на волю, не без помощи легкомысленно сказанного слова, демонов.

Пренебрежение словом оборачивается пренебрежением к человеку. Лживое слово губительно как для личности, так и для судеб народа, что хорошо известно. Но сегодня слово стало использоваться и злона­меренно, как орудие манипуляции сознанием людей, подмены смыслов. Достаточно напомнить проблему нейролингвистического программирования.

Не со всеми положениями статьи редакция солидарна, но считает необходимым обеспечить читателю возможность выработки собственной оценки злободневной проблемы.

-

В средствах массовой информации нарас­тает вал сведений и, главное, мнений о педофилах-убийцах. Причем удивляет коли­чество желающих, которые хотят (и получа­ют возможность) высказаться по этому поводу. И ка­чество высказываний становится все ниже. Наконец, газета «Известия» опустилась до неприемлемого уровня. Пришло время задуматься о том, позволи­тельно ли походя болтать на темы, само обращение к которым предусматривает некое общественное до­зволение, поскольку задевает нравственные основы сознания.

В газете «Известия» № 57 от 01.04.2008 г. на огром­ной (по газетным меркам) площади с броским заго­ловком на первой странице Сергей Тепляков в статье «Жена «красноярского педофила» уверена, что его ско­ро выпустят» рассуждает о зверском убийстве ребенка языком банального репортажа о бытовых неурядицах. Мол, вроде бы убил, но человек ничего себе. Жена, вот, аборт сделала. И так далее и тому подобное, ког­да за массой деталей обыденного свойства теряется жуткий смысл самого явления. Оно низводится самим тоном болтовни явно недалекого человека (имеется в виду не С.Тепляков, которого мы не знаем, а тот типаж, который проступает из текста статьи) до кухонного тре­па. Сегодня о садистах, завтра о ценах на рынке.

Есть темы, которые не то, что обсуждать, но и при­ближаться к ним нужно с оглядкой. И на протяжении всей истории к комментариям на некоторые нрав­ственные темы допускались люди, которым общество выражало свое доверие. Тому были причины.

Что касается самой немотивированной жестоко­сти, она известна издревле как свойство человеческой натуры, которое нужно держать в узде, и манипуля­ции с которым, могут спровоцировать неустойчивого индивида к преступлениям против человечности. Раб душой хочет стать богом, а бог в его представлении это тот, кто распоряжается чужой жизнью по своему усмотрению. И дело здесь вовсе не в примитивности и необразованности. Дело в личности. Капо в кон­цлагерях нередко были из интеллигенции (см. старо­ста Рыбицкий в романе Е.Анджеевского «Пепел и ал­маз»). Современные смертники-террористы тоже не из низов общества. Потребность вознестись над тем, что другим страшно, и попирать оттуда нравствен­ный закон лежит глубоко в природе нашей мотивации (об этом написано много всякого). У нормального человека потребности регулируется самой личностью (ролями-принципами). Чтобы удержаться от соблазна или хотя бы раскаяться, нужно быть по развитию где-то на уровне Родиона Раскольникова. Когда же у индивида «отсутствуют цепи, приковывающие внимание к своей личности», он делает ставку на роли-функции (нормы и запреты внешнего порядка). В какой-то мере они выглядят как элементарный страх наказания и перспектива утратить свой статус. Здесь все более или менее понятно. Но есть ценности, поползновение уни­зить которые просто не должно приходить в голову, ни образованному, ни примитивному человеку. Источник «криминального тщеславия», «сатанинской гордости», «немотивированной жестокости», когда он выбивает­ся наружу, меняет всю ориентацию внутренних смыс­лов поведения, чего общество допустить не хочет и не может. Общество существует до тех пор, пока старает­ся твердо придерживаться нравственных принципов, не подлежащих сомнению.

Когда нравственные основы колеблются, защит­ный слой социума начинает растворяться. Сначала, вроде бы, по мелочи, но они - покушение на нравы. Как говорит один из героев Данте, «уже я вижу тот желанный час, которого недолго дожидаться, когда с амвона огласят указ, что запретит бесстыжим флорентийкам разгуливать с сосцами напоказ» (в Европе тех лет, как известно, тоже была перестройка). Невольно напрашивается ассоциация с современностью.

Но нравственность декретами не насаждают и не отменяют. Здесь действует не «суровая кара совет­ского закона, а гнев и презрение всех трудящихся» (из воинской присяги времен СССР). Эмоциональная сторона нравственно допустимого неочевидна, но об­ладает огромной силой. И когда граница допустимого размывается (доступное обсуждению доходит до это­го последнего рубежа), открывается ящик Пандоры. На волю вырываются запретные инстинкты. И все было бы ничего, если бы дело ограничивалось интеллигенци­ей, пускающей слюну над «нимфетками» В.Набокова или бахвальством известного актера М.Козакова, что он на двадцать пять лет старше собственной тещи (тоже на страницах «Известий»). Абсолютное большинство народа «Лолиту» не читает и газету не выписывает. Но есть люди, больше других готовые вознестись над ми­ром на «крыльях зла» реально. «Бессовестные и бесстыжие, которым незнакомо чувство вины, которые не испытывают любви к окружающим, а в любом слу­чае поступают, как они хотят. Не ведая, что такое стыд и вина, они не могут сочувствовать угрызениям совести мукам раскаяния, сожаления, не в состоянии понять безответной любви, сострадания, чувства стыда и сму­щения» (А. Маслоу). Сколько их, которых давние пред­ки называли их «негодящими», а ближние - «морально дефективными» - сказать трудно. Но с их присутстви­ем и ролью в обществе считались всерьез. «Пьянь не­годящую» община сдавала в солдаты на четверть века, а женщины подобного склада при тогдашнем семей­ном праве напрочь были лишены возможности любой и, прежде всего, негативной социальной инициативы. Теперь люди с разрушенными нравственными ограни­чениями - некая студенистая масса, впитываемая об­ществом. Она не видна снаружи. Мотив ее действий скрывается за внешне пристойным поведением - луч­шим способом добыть свое без лишних усилий. Она чутко реагирует на нравственную атмосферу, которую чувствует нутром. И если приближаешься к черте, за которой нет ни Бога, ни Закона, в душе совершается не­кий поворот основных смыслов. В поведении серийных убийц бросается в глаза одна особенность - демон­стративная дерзость. Они как бы показывают кому-то высшему свою готовность презирать страх. Предки тратили на обуздание «неконструктивной спонтанно­сти» огромные средства. Должно быть, они ориентиро­вались именно на ненадежный человеческий матери­ал, а не на обывателя, которому много не нужно. Он и так готов к конформизму при любых обстоятельствах. А от этих, пусть их в общей массе и не так много, от них следует ожидать жутких отклонений. Кстати сказать, их не так уж и мало, если вспомнить опыт локальных войн, когда моральные запреты были не столь очевид­ны. (Последние события Южной Осетии еще раз про­демонстрировали нам открывающуюся бездну).

Как повлиять на нравственную атмосферу в обще­стве, сказать трудно. Но и продолжать плыть по тече­нию как-то жутковато. Старые рецепты (между про­чим, роль инквизиции, как блюстителя нравов при абсолютно демократической возможности отпра­вить на костер представителя любого сословия, нын­че осмысляется с разных позиций), вряд ли подойдут. И у нас нет конкретных предложений. Но вопрос явно заслуживает широкой дискуссии.



Старый стиль 5Август пятница Новый стиль) 18Август Седмица 11-я по Пятидесятнице. Глас 1. Успенский пост. Монастырский устав: cухоядение (хлеб, овощи, фрукты). Совершается служба на шестьПредпразднство Преображения Господня. Cовершается служба, не отмеченная в Типиконе никаким знакомМч. Евсигния (362). Сщмчч. Анфира (236) и Фавия (250), пап Римских. Мч. Понтия Римлянина (ок. 257). Прав. Нонны, матери св. Григория Богослова (374). Прп. Иова Ущельского (1628). Мчч. Кантидия, Кантидиана и Сивела, в Египте (IV). Сщмч. Стефана пресвитера (1918). Мцц. Евдокии, Дарии, Дарии и Марии (1919). Сщмч. Симона, еп. Уфимского (1921). Сщмч. Иоанна диакона (1939). Евангельские Чтения2 Кор., 177 зач., IV, 13-18. Мф., 100 зач., XXIV, 27-33, 42-51, и за субботу (под зачало): 1 Кор., 123 зач., I, 3-9. Мф., 78 зач., XIX, 3-12. Святитель Феофан Затворник. Мысли на каждый день года Свт. Феофан (Говоров), Затворник Вышенский (2 Кор. 4, 13-13; Мф. 24, 27-33. 42-51). "Бодрствуйте, потому что не знаете, в который час Господь ваш приидет". Если б это помнилось, не было бы и грешников, а между тем не помнится, хоть и всякий знает, что это несомненно верно. Даже подвижники, самые строгие, и те не сильны были свободно держать память об этом, а ухитрялись прикреплять ее к сознанию так, чтобы она не отходила: кто гроб держал в келлии, кто упрашивал сотоварищей своих по подвигу спрашивать о гробе и могиле, кто держал картинки смерти и суда, кто еще как. Не касается души смерть, она и не помнит ее. Но всячески, не может же не касаться души то, что тотчас следует за смертью; уж об этом то она не может не иметь заботы, так как тут решение ее участи на веки вечные. Отчего же этого-то она не помнит? Сама себя обманывает, что не скоро и что, авось, как-нибудь дело пройдет не худо для нас. Горькая! То уж несомненно, что которая душа держит такие мысли, та нерадива и поблажает себе, так как же думать, чтоб дело суда прошло для нее благоприятно? Нет, надо так себя держать, как держит ученик, которому предстоит экзамен: что ни делает он, а экзамен нейдет из головы; такое памятование не дозволяет ему и минуты понапрасну тратить, а все время употребляет он на приготовление к экзамену. Когда бы и нам так настроиться!(1 Кор. 1, 3-9; Мф. 19, 3-12). Господь говорит, что брачный союз первоначально Сам Бог благословил, и вложил закон этот в естество наше; о тех же, кои хотят не жениться сказал: "Кто может вместить, да вместит". Ясно, что хоть и признал Он брак законом естественным, но не настолько необходимым и неизбежным, чтоб не было места безбрачию. И последнее Он разрешает, но ограждает условием, которое сближает его с законом естества. Скопец от рождения - безбрачен по закону естественному; но и тот, кто своим произволением поставляет себя в такое состояние, в каком естественный скопец находится по рождению без участия воли - становится на одной с ним линии в отношении к естественным потребностям. Следовательно, в этом отношении как первый, так и второй - естественные безбрачники. Отчего же духовное скопчество или безбрачие произвольное считают неестественным? Оттого, что не понимают естества. У них только то и естественно, что естественно телу, а что естественно духу и что вследствие воздействия его на тело становится естественным, того они не хотят считать естественным. И добро бы это были люди все из числа материалистов, а то нет: поговори с ними о чем-нибудь другом, резонно рассуждают. Молитвы Тропарь предпразднстваглас 4Христово преображение предусрящем,/ светло торжествующе предпразднственная, вернии, и возопиим:/ приспе день Божественнаго веселия,/ восходит на гору Фаворскую Владыка,// Божества Своего облистати красоту. Кондак предпразднстваглас 4Божественным днесь преображением/ человеческое все естество/ просиявает божественно,/ в веселии зовущее:// преобразуется Христос, спасаяй вся. Службы25 января: Святителя Григория Богослова, архиепископа Константинопольского 30 января: Священномученика Ипполита, папы Римского. Святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста 5 августа: Предпразднество Преображения Господа нашего Иисуса Христа. Святого мученика Евсигния Сайты приходов:Храм в честь иконы Божией Матери Одигитрия Смоленская с. Выездное (Нижегородская епархия) Храм Николая Чудотворца с. Николо-Крутины (Московская епархия (областная))
© Сайт разработан мультимедиастудией Просветительского центра собора Александра Невского

Всероссийское Иоанно-Предтеченское Православное братство Трезвение Православное христианство.ru. Каталог православных ресурсов сети интернет Православие.Ru Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100 «Сестры» — Ново-Тихвинский женский монастырь Храм святителя Николая Чудотворца при УГГУ Просветительский центр собора Александра Невского Код кнопки:

   Время генерации страницы 0.05954 c.